Проблема отбора содержания экспериментальных уроков

За время Тильзитских встреч Наполеон проникся симпатией к Александру, против которого ранее был, естественно, предубежден, считая его отцеубийцей и главным поставщиком пушечного мяса для антифранцузских коалиций. Нельзя сказать, что он был очарован царем, но Александр ему понравился, это бесспорно. «Я был крайне им доволен - написал он Жозефине после первых же встреч с царем, — это молодой, чрезвычайно добрый и красивый император. Он гораздо умнее, чем думают».

Наполеон всегда мыслил рационально и очень масштабно. Он был так заинтересован в союзе с Россией, что готов был бы заключить в объятия на месте Александра 1 хоть самого дьявола. То, что царь так обаятелен и покладист, стало для него приятным сюрпризом, и он искренне проявлял дружеское внимание к Александру, с удовольствием испытывал на нем всю силу своих чар, чтобы привязать его к себе.

Александру надо было преодолеть еще большее предубеждение против Наполеона - не только как «антихриста», но и как личного оскорбителя, ибо Александр с его обидчивостью и злопамятностью не мог ни забыть, ни простить «антихристу» его майской ноты 1804 г. Однако царь переступил этот психологический барьер с видимой легкостью. «Ни к кому я не чувствовал такого предубеждения, как к нему, — объяснял он свое впечатление от первой встречи с Наполеоном, но после беседы, продолжавшейся три четверти часа, оно рассеялось, как сон».(36, 124) Это признание, сделанное доверенному лицу Наполеона Р. Савари, говорит не об искренности Александра, а об искусстве перевоплощения, которым он владел с детства. Обретённое в школе Николая Салтыкова умение держать наготове двойной прибор манер, чувств и мыслей помогло ему в общении с Наполеоном. Он почтительно внимал Наполеону, восхищался его талантами и победами хвалил его сотрудников и ругал врагов. Идя навстречу Наполеону, Александр зашел даже слишком далеко, предложив сделать Жерома Бонапарта королем Польши с женитьбой его на великой княжне Екатерине Павловне, что в некотором роде поделило бы польский престол между Францией и Россией, но в пользу Франции. Наполеон отклонил этот проект, заявив, что он приведет со временем «к разногласиям, более острым, чем те, которые существовали доныне».

Переговоры между Наполеоном и Александром шли довольно быстро и гладко, тем более что Наполеон сразу отказался от территориальных претензий к России. Александру пришлось хлопотать только о территориях своего друга Фридриха Вильгельма III. Наполеон вначале предлагал даже просто ликвидировать Пруссию, разделив ее между Францией и Россией и только «из уважения к его в-ву императору всероссийскому», как было записано в 4-й статье Тильзитского договора к вящему унижению национального достоинства пруссаков, согласился оставить прусское королевство на европейской карте, обкорнав ею на одну треть.

Тильзитский договор о мире, дружбе и союзе между Францией и Россией был подписан 7 июля 1807 г. и ратифицирован обоими императорами 9-го. Два главных его условия Наполеон навязал Александру как победитель: 1) Россия признавала все завоевания Наполеона, а его самого — императором и вступала в союз с Францией; 2) Россия обязалась порвать с Англией и присоединиться к континентальной блокаде. Если первое условие задевало престиж Российской империи и самолюбие царя, который лишь недавно объявил Наполеона «общим врагом» европейских монархий, а теперь вынужден был обращаться к нему, как принято у монархов: «Государь, брат мой», то второе условие вредило жизненным интересам России. Учитывая, какую роль играла торговля с Англией в экономической жизни России можно сказать, что континентальная блокада означала нож в сердце русской экономики. (36,126)

После Тильзита Франция встретила Наполеона с небывалым за всю ее историю торжеством как, может быть, только древний Рим встречал своих цезарей-триумфаторов. Правда, теперь после Амьенского мира 1802 г. часть нации восприняла Тильзит как всего лишь очередной антракт между войнами и, радуясь миру, славила императора с меньшим доверием к нему, чем пять лет назад. Но все понимали одни с гордостью другие со страхом - что именно теперь могущество Наполеона достигло апогея, и он сам через много лет, уже в изгнании, когда его спросят, какое время своей жизни он считает самым счастливым, вполне обдуманно ответит одним словом: «Тильзит».

Совершенно иной прием встретит после Тильзита в России и принципиально иначе оценит тильзитский синдром Александр 1.

Третий экспериментальный урок «Отечественная война 1812 года» акцентирует внимание на личности Михаила Илларионовича Кутузова и его полководческом и дипломатическом искусстве.

Перейти на страницу: 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15