Идеальный учитель

В музыкальных и спортивных школах идеальными тренерами считаются те, которые «выдают на гора» результаты, однако при скоростном старте в карьере у ребенка не успевает сформироваться устойчивость к славе, устойчивость к длинной жизни. Порой дети слишком рано для себя осознают, что им «некуда идти» и что они «уже всего достигли», либо, напротив, - что их способностей не достаточно, чтобы быть «самыми-самыми».

Тренер дает установку на достижение результата, это его обязанность. Но часто эти результаты неправедны, т.к. они достигаются не только пóтом, но и пренебрежением здоровьем подопечного. Идеальный учитель задает направление развития, но учитывает свойства ребенка. Он настраивает ребенка на долгую и трудную, но созидательную жизнь, а не на минутный фейерверк.

Потому подозрительны для школы рейтинговые системы, которые разрушают психику человека, играют на низменном. С такими коллективами можно работать только как со зверями – используя кнут и пряник, и первую сигнальную систему… Но если говорить об ОБРАЗЕ человека, мы не можем назвать эту систему и учителей, ее применяющих, идеальными.

В конце концов, смысл человеческой жизни – постичь себя, прийти к своей сердцевине, открыть себя Божественному свету. Смысл жизни – трудиться не ради хлеба насущного, а ради своего совершенствования. Поскольку, если будешь совершенным, то будет и хлеб! И идеальный учитель никогда не ставит перед ребенком ложных целей, но дает то, что нужно ему в его возрасте, а потом – устраняется, чтобы человек шел дальше, находя новые горизонты и новых учителей.

И еще – идеальный учитель – он же идеальный ученик, и он уважает в ученике своего учителя, т.к. любой, встретившийся в жизни, может быть учителем, хотя нам это так приятно не замечать…

Шалва Амонашвили говорил, что никто не подпустит рабочего к станку, пока тот не пройдет технику безопасности и не получит соответствующую специальность. А к незнакомому ребенку в класс войти можно.

Ш. Амонашвили писал о безответственности такого подхода. Значит, идеальный учитель – по крайней мере, в начальных классах, должен знать своих детей, их особенности, проблемы и приоритеты развития. Сухомлинский писал о том, что надо хорошо знать предмет, чтобы он не мешал учителю наблюдать за интеллектуальным ростом ребенка, чтобы учитель был способен раскрыться и увидеть РОЖДЕНИЕ МЫСЛИ у ребенка, а не просто правильность ответа. Эмилия Леонгард, работая с тугоухостью, обратила внимание на то, что развитие идет только тогда, когда есть искренняя заинтересованность взрослых к развитию ребенка, их нескрываемая радость, а также – глубокое желание ребенка ПОНЯТЬ партнера. Это же можно сказать и о «нормальных детях» [6].

В.А.Левин [2] говорит как о единице развития не «ребенок», а «ребенок – взрослый», потому что если взрослый в процессе воспитания не развивается, если он стоит на позиции «я уже все это знаю», то ребенку незачем развиваться, разве что из послушания, из внутренней хорошести. Но это не называется развитием, это называется «приобретением знаний». Как в магазине, без эмоциональной отдачи. Если взрослый перестал развиваться, учиться, он автоматически перестает быть учителем.

В.А. Левин говорил о мотивации как о главной вещи в обучении. Причем есть фальшивая мотивация (так положено, папа купит велосипед, а мама повезет в Париж… или просто быть хорошим), а есть истинная мотивация – интересно, захватывающе, жизненно важно. Если говорить о настоящих учителях, то им должно быть позволено все, потому что только в таком случае они создадут настоящего – воина, мага, человека. Если говорить о настоящих учителях, они учат даже просто одним своим присутствием.

Перейти на страницу: 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12