Психология половых различий

Новые, более совершенные тесты рассматривают маскулинность и феминность уже не как альтернативы, а как независимые, автономные измерения. Сравне­ние показателей одного и того же индивида по шкалам Миф позво­ляет вычислить степень его психологической андрогинии; андрогинными считаются индивиды, обладающие одновременно фемининными и маскулинными чертами, что позволяет им менее жестко придерживать­ся полоролевых норм, свободнее переходить от традиционно женских занятий к мужским и т. д. При этом выяснилось, что максимальное со­ответствие установок и реакций полоролевому стереотипу, т. е. высо­кая М у мужчин и высокая Ф у женщин, отнюдь не является гарантией психического благополучия. Высокая Ф у женщин часто коррелирует с повышенной тревожностью и пониженным самоуважением [17]; эти черты тоже входят в набор фемининности. Высоко маскулинные маль­чики-подростки чувствовали большую уверенность в себе и удовлетво­ренность своим положением среди сверстников, но после 30 лет эти мужчины оказались более тревожными, менее уверенными в себе и ме­нее способными к лидерству. Высоко фемининные женщины и высоко маскулинные мужчины хуже справляются с деятельностью, не совпадающей с традиционными нормами полоролевой дифференциации. Дети, поведение которых строже всего соответствует требовани­ям их половой роли, часто отличаются более низким интеллектом и меньшими творческими способностями. Напротив, индивиды, относи­тельно свободные от жесткой половой типизации, обладают более бо­гатым поведенческим репертуаром и психологически более благополуч­ны [14], [15], [16].

Эти данные, конечно, не следует абсолютизировать. Не говоря уже о неудачности понятия андрогинии, невольно ассоциирующегося с сексопатологией или отсутствием всякой половой дифференциации, самиполовой дифференциации, сами шкалы М/Ф неоднозначны. Одни исследователи измеряют интересы, дру­гие—эмоциональные реакции, третьи—отношение к тем или иным ас­пектам мужских или женских социальных ролей. Проблематичны и их критерии [11], [15], [27]. Любые шкалы М и ф соотносятся, с одной стороны, с индивидуальными свойствами, а с другой — с социальными определениями пола и полоролевыми предписаниями, принятыми в определенной социальной среде. Но это — совершенно разные явления. Между тем расхождения в определении набора маскулинных и феминнинных черт или в степени их желательности (нормативности) в зна­чительной мере предопределяют экспериментальные результаты. Похо­же на то, что и тест БЕМ, и «Вопросник личностных свойств» Спенса и Хельмрайха удовлетворительно измеряют и предсказывают такие ас­пекты маскулинности и фемининности, как инструментальность и экс­прессивность, но неясно, как они сочетаются с другими чертами маску-линного и фемининного поведения [12]. Серьезные споры возникают и при интерпретации данных. Ригидность полоролевых установок и по­ведения может быть как индивидуально-типологическим свойством (в этом случае она будет коррелировать с общей ригидностью уста­новок и поведения), так и функцией системы полоролевых предписаний, жесткость которых варьирует в зависимости от ситуации и вида дея­тельности. Как считают Спенс и Хельмрайх, поиск глобальных измере­ний маскулинности и фемининности или полоролевой идентичности — задача явно иллюзорная. «Классы психологических свойств и поведен­ческих структур, различающих мужчин и женщин в данное время и в данной культуре, не только множественны, но и могут иметь разные корни и относительно независимо варьировать у разных индивидов» [27; 1045].

Перейти на страницу: 1 2 3 4 5 6